Из «Катюши» – по танкам!

Принято считать, что легендарная «Катюша» никогда не применялась против немецких танков. Да и в принципе не могла применяться. «Катюша» – это система залпового огня, то есть площадное оружие низкой точности с большим разбросом снарядов по местности. Из официального наставления «Таблицы стрельбы реактивными снарядами М-13», изданного в 1942 году, следует, что при дальности стрельбы 3000 м отклонение по дальности составляло 257 м, а боковое – 51 м. Для меньших расстояний отклонение вообще не приводилось, так как рассеивание снарядов не поддавалось расчету. Однако реальная боевая практика оказалась богаче теоретических рассуждений.

Во время Донбасской стратегической операции 1943 года немцы, стремясь переломить ситуацию и остановить советское наступление, стали срочно перебрасывать сюда танковые дивизии. Но 31 августа 1943 года, в первый же день, вражеский контрудар был удачно парирован бесстрашными действиями солдат и офицеров 23-го гвардейского Краснознаменного минометного полка, которым командовал 29-летний гвардии майор Тимофей Шанкин. Стремясь любой ценой остановить контратакующих немцев, «Катюши» его полка прямой наводкой стреляли по наступающим танкам. По итогам боя командир полка представил к награждению орденом Красной Звезды трех своих гвардейцев.

Чем они отличились?

«...водитель боевой машины т. Ермилов при отражении контратаки танков и пехоты противника с открытой боевой позиции при стрельбе прямой наводкой исправил электрооборудование боевой машины при обстреле танков противника. Благодаря умелым и хладнокровным действиям он обеспечил своевременный залп, контратака была отбита и подбито 3 танка противника».

«...помощник командира огневого взвода гвардии старший сержант Левин, несмотря на сплошные разрывы снарядов, подошел к установке, навел основное орудие на цель и открыл огонь по прорвавшейся группировке противника. В результате точного и мощного залпа атака была отбита, атакующие танки рассеяны, уничтожено свыше взвода пехоты и автоматчиков противника».

«...батарея, где командиром огневого взвода т. Трахтенгерц, получила задачу отбить контратаку противника в районе села Павловка – пехота до батальона при поддержке 17 танков. Установки взвода были выведены на открытую огневую позицию. Под обстрелом со стороны танков противника взвод дал залп по вражеской пехоте и танкам, проявив исключительную выдержку командира и всего личного состава. В результате залпа уничтожено более 30 солдат и подбито 5 танков противника».

 Пусть услышат «девушку простую»!

У названия «Катюша» есть несколько версий происхождения. По самой очевидной, ракетную установку прозвали по аналогии с песней Матвея Блантера на слова Михаила Исаковского «Катюша». Говорят, во время первого применения установки батарея капитана Флерова 14 июля 1941 года стреляла по врагу с крутого склона. Кто-то из бойцов, глядя на пальбу, воскликнул: «Вот это песня!» Тут же вспомнили «Катюшу».

Сами немцы называли ракетную установку «сталинским органом», поскольку внешний вид пакета направляющих был похож на трубы музыкального инструмента.

Не удивительно, что песню «Катюша» фронтовики мгновенно переложили на народные слова. Вариантов появилось множество, поскольку едва ли не в каждой воинской части находился свой поэт:

А за рощей, за лесной опушкой,

Где дороги ко врагу ведут,

Притаилась новенькая пушка,

Что бойцы "Катюшею" зовут.

И летят снаряды в тьму густую,

И огнем окрашен небосвод.

Пусть услышат "девушку простую",

Пусть запомнят, как она поет!

 В 1943 году к поэту Михаилу Исаковскому пришли посланцы генерала Алексея Нестеренко, командующего гвардейской частью, в которой были «Катюши», и попросили написать песню про реактивную установку. И в январе 1944-го хор имени Пятницкого записал на пластинку «Песню про «Катюшу» на музыку Владимира Захарова.

 И на море и на суше –

По дорогам фронтовым –

Ходит русская «Катюша»,

Ходит шагом боевым...

Как красноармеец Овчаренко в одиночку вступил в бой с полсотней фашистов

Уроженца села Овчарово Харьковской области Дмитрия Овчаренко призвали в армию еще до войны, на срочную службу. Был новобранец самым обыкновенным крестьянским парнем, не обиженным силушкой и статью, но всего с пятью классами образования.

Сын сельского плотника, родившийся в 1919 году, Митя Овчаренко с юных лет больше постигал крестьянскую, а не школьную науку – учился ухаживать за скотиной, заготавливать сено, рубить дрова, и, само собой, осваивал отцовскую плотницкую науку. Рассчитывал 21-летний Дмитрий отслужить в армии, вернуться в родной колхоз, жениться – словом, обычные мечты простого сельского парня.

Но в июне 1941 года грянула война, и красноармейцу 3-й пулеметной роты 389 стрелкового полка 176-й стрелковой дивизии стало не до мечтаний о возвращении на «гражданку».

Командиры сочли, что более всего крестьянский сын Овчаренко будет полезен Родине в качестве ездового. В обязанности красноармейца входил подвоз на телеге к позициям роты продовольствия и боеприпасов. Задача на войне не самая опасная, и ездил Дмитрий в одиночку, будучи вооруженным одной лишь «трехлинейкой». В середине июля 1941 года подразделение Овчаренко вело бои в районе молдавского города Бельцы. 13 июля, как обычно, ездовой вёз боеприпасы и продукты сослуживцам.

Но число «13» не зря слывет несчастливым. Внезапно на дороге прямо на подводу Овчаренко выскочили две машины, в которых находились гитлеровцы – три офицера и 50 солдат. Для неразберихи начала войны такие прорывы врага в тыл советских войск были дело обычным. Красноармейцу от этого, правда, было не легче. На него навели автомат, отобрали винтовку, после чего подошедший немецкий офицер стал допрашивать пленного.

Гитлеровцы  чувствовали себя уверенно и даже расслабленно – в первые дни войны они брали советских солдат в плен часто, так что этот захваченный врасплох перепуганный русский (Овчаренко был украинцем, но немцы в такие тонкости не вникали) был еще одним доказательством превосходства арийских солдат над славянскими «недочеловеками».
Офицер допрашивал Дмитрия здесь же, у подводы. Винтовку у него отобрали, так что никакого подвоха от него не ждали. Между тем, в сене рядом со стоящим Дмитрием лежал топор, который немцы то ли не заметили, то ли не сочли представляющим угрозу.

Для городского жителя топор – это скорее нечто экзотическое. А для крестьянина, а тем более для сына плотника – это одно из главных орудий труда. И дровишек нарубить, и дом построить, – много где селянину не обойтись без топора. А иногда топор пускали в ход и для того, чтобы, к примеру, отвадить приставшего в лесу медведя.

О чем думал Овчаренко, стоя перед немецким офицером, неизвестно.. Внезапно он схватил топор, и одним взмахом снес голову командиру немецкого отряда. Обезглавленное тело осело на землю. Немцы ожидали чего угодно, но не такого поворота. На несколько секунд от потрясения они впали в оцепенение. Этих секунд Овчаренко хватило для того, чтобы нырнуть в подводу, вытащить три гранаты, и отправить и в гущу стоящих врагов.

Когда рассеялся дым, у тех немцев, кого не задело осколками, предстала перед глазами ужасающая картина – повсюду валялись их убитые и раненые товарищи, а прямо на них летел разъяренный русский солдат с топором.

В книгах идеологов Третьего Рейха много было написано о превосходстве арийцев над другими расами. Но в «Майн Кампф» ничего не говорилось о том, как справиться с разгневанным славянским плотником в армейской форме. И больше двух десятков немцев в ужасе побежали от Дмитрия Овчаренко, забыв и о собственном оружии, и вообще обо всем на свете. Убежать удалось далеко не всем – например, одного из двух оставшихся офицеров, пытавшегося удрать через огороды, красноармеец настиг, и вновь пустил в ход топор, лишив головы и его. Когда на импровизированном поле боя остались только трупы немцев,  красноармеец Овчаренко  собрал документы убитых, офицерские планшеты и отправился в родную роту.

Красноармеец простодушно рассказал о том, что с ним произошло в дороге, и тут же подвергся насмешкам сослуживцев: «Да ладно, горазд ты выдумывать!»

Однако политрук роты, посмотрев привезенные документы, присвистнул от изумления, и, взяв несколько бойцов, отправился на место событий.
Когда подсчитали убитых, выяснилось, что Дмитрий Овчаренко в этой схватке уничтожил двух немецких офицеров и 21 солдата противника.


Герои не умирают

Командование, оценив масштаб совершенного подвига, отправило представление на высшую награду.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 ноября 1941 года «За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм» красноармейцу Овчаренко Дмитрию Романовичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»».


После этого боя Дмитрия Овчаренко перевели из ездовых в пулеметчики. Он продолжал храбро сражаться с фашистами, прошел почти всю войну. Но до Победы не дожил – во время освобождения Венгрии в районе станции Шерегейеш пулеметчик 3-й танковой бригады рядовой Овчаренко был тяжело ранен. 28 января 1945 года Он скончался.

А немцев, что сумели сбежать 13 июля 1941 года с окраины местечка Песец, надо думать, до самых последних дней мучил один и тот же ночной кошмар: разъяренный русский солдат с окровавленным топором, от которого нет спасения...


Дети в советских партизанских отрядах

В советское время портреты юных героев Великой Отечественной висели в каждой школе. И каждый подросток знал их имена. Зина Портнова, Марат Казей, Лёня Голиков, Валя Котик, Зоя и Шура Космодемьянские. Но были и десятки тысяч юных героев, чьи имена неизвестны. Их называли «пионеры-герои», комсомольцы. Но героями они были не потому, что, как и все сверстники, они были членами пионерской или комсомольской организации, а потому, что они были настоящими патриотами и настоящими людьми.

Во время Великой Отечественной войны против гитлеровских оккупантов действовала целая армия мальчишек и девчонок. Только в оккупированной Белоруссии не менее 74500 мальчишек и девчонок, юношей и девушек воевали в партизанских отрядах. В Большой Советской Энциклопедии написано, что в годы Великой Отечественной войны более 35 тыс. пионеров – юных защитников Родины – было награждено боевыми орденами и медалями.

Это было поразительное «движение»! Мальчишки и девчонки не дожидались, пока их «призовут» взрослые, – начали действовать с первых дней оккупации. Рисковали смертельно!

Так же и многие другие начинали действовать на свой страх и риск. Кто-то находил разбросанные с самолетов листовки и распространял их в своем райцентре или деревне. Полоцкий мальчишка Леня Косач собрал на местах сражений 45 винтовок, 2 ручных пулемета, несколько корзин патронов и гранат и надежно спрятал все это; представился случай – передал партизанам. Таким же образом создавали для партизан арсеналы и сотни других ребят. Двенадцатилетняя отличница Люба Морозова, немного зная немецкий, занималась «спецпропагандой» среди врагов, рассказывая им, как ей хорошо жилось до войны без «нового порядка» оккупантов. Солдаты нередко говорили ей, что она «красная до костей», и советовали попридержать язык, пока это для нее не закончилось плохо. Позже Люба стала партизанкой.

Одиннадцатилетний Толя Корнеев выкрал у немецкого офицера пистолет с патронами и стал искать людей, которые помогли бы ему выйти на партизан. Летом 1942 года мальчик преуспел в этом, встретив свою одноклассницу Олю Демеш, которая к тому времени уже была членом одного из отрядов. А когда в отряд старшие ребята привели 9-летнего Жору Юзова, и командир в шутку спросил: «А этого малого кто будет нянчить?», мальчишка, помимо пистолета, выложил перед ним четыре гранаты: «Вот кто меня будет нянчить!».


Сережа Росленко 13 лет помимо собирания оружия на свой страх и риск вел разведку: найдется, кому передать сведения! И нашел. Откуда-то у детей появлялось и понятие о конспирации.

Шестиклассник Витя Пашкевич осенью 1941 года организует в оккупированном фашистами Борисове подобие краснодонской «Молодой гвардии». Он и его команда выносили с вражеских складов оружие и боеприпасы, помогали устраивать подпольщикам побеги военнопленных из концлагерей, термитными зажигательными гранатами сожгли вражеский склад с обмундированием…


Они не думали о том, что они ещё не подросли, что ещё рано идти защищать Родину, что и без них справятся. Они просто шли и защищали, хотя от них никто этого не требовал кроме их же совести.

Неизвестный подвиг русского доктора или как пленный врач концлагеря спас тысячи солдат

Более 20 лет хирург Георгий Синяков заведовал отделением городской больницы. Никто и не предполагал, что во время Великой Отечественной войны он, находясь в концлагере, спас от смерти тысячи заключённых.

Молва о гениальном, но скромном русском хирурге из Челябинска Георгие Синякове, который, рискуя собственной жизнью, помогал тысячам солдат, после интервью легендарной лётчицы Анны Егоровой-Тимофеевой облетела весь мир. Никто не знал, что совершившая более трёхсот боевых вылетов советская лётчица попала в плен, но осталась жива, чтобы 20 лет спустя рассказать о подвиге скромного доктора Синякова.

Синяков ушёл на Юго-Западный фронт на второй день войны. Во время боёв за Киев попал в плен. Молодой врач прошёл два концлагеря, Борисполь и Дарницу и оказался в Кюстринском концентрационном лагере в девяноста километрах от Берлина. Сюда гнали военнопленных из всех европейских государств. Но тяжелее всего приходилось русским, которых никто никогда не лечил. Люди умирали от голода, измождения, простуды и ран.

Весть о гениальном враче разошлась далеко за пределы концлагеря. Немцы стали к Синякову привозить своих родных и знакомых. Однажды Синяков оперировал немецкого мальчика, подавившегося костью. Когда ребёнок пришёл в себя, заплаканная жена «арийца» поцеловала руку пленному русскому и встала перед ним на колени. После этого Синякову был назначен дополнительный паёк, а также стали положены некоторые льготы, типа свободного передвижения по территории концлагеря, огороженного тремя рядами сетки с железной проволокой. Врач же частью своего усиленного пайка с первого дня делился с ранеными: обменивал сало на хлеб и картошку, которой можно было накормить большее число заключённых.

Потом Георгий возглавил подпольный комитет. Врач помогал организовывать побеги из Кюстрина. Он распространял листовки, где рассказывалось об успехах Советской армии, поднимал дух советских пленных: уже тогда доктор предполагал, что это – тоже один из методов лечения. Синяков изобрёл такие лекарства, которые на самом деле отлично затягивали раны больным, но с виду эти ранения выглядели свежими. Именно такую мазь Георгий использовал, когда фашисты подбили легендарную Анна Егорову. Гитлеровцы ждали, когда отважная лётчица поправится, чтобы устроить показательную смерть, а она всё «угасала и угасала». Синяков лечил летчицу, делая вид, что ей лекарства не помогают. Потом Анна поправилась и при помощи Синякова бежала из концлагеря. Советские солдаты, слышавшие о смерти легендарной лётчицы, едва поверили в её чудесное воскрешение.

Способы спасения солдат были разными, но чаще всего Георгий стал использовать имитацию смерти. Громко констатировав фашистам, что очередной солдат умер, Георгий знал, что жизнь ещё одного советского человека спасена. «Труп» вывозили с другими действительно умершими, сбрасывали в ров неподалёку от Кюстрина, а когда фашисты уезжали, пленный «воскресал», чтобы пробраться к своим.

В один из дней в Кюстрин пригнали сразу десять советских лётчиков. Георгию Фёдоровичу удалось спасти всех. Здесь помог его излюбленный приём с «умершим» пленным. Позже, когда о подвиге «русского доктора» рассказала Анна Егорова, живые лётчики-легенды нашли Георгия Синякова, пригласили в Москву. Туда же на самую душевную на свете встречу прибыли сотни других спасённых им бывших узников Кюстрина, которым удалось выжить, благодаря умнейшему и отважному Синякову. Врача боготворили, благодарили, обнимали, звали в гости, возили по памятникам, а ещё с ним плакали и вспоминали тюремный ад.

Чтобы спасти восемнадцатилетнего пленного советского солдата-еврея по имени Илья Эренбург, Георгию Фёдоровичу пришлось усовершенствовать свой приём с воскрешением. Надсмотрщики спрашивали Синякова, кивая на Эренбурга: «Юде?». «Нет, русский», – уверенно и чётко отвечал врач. Он знал, что с такой фамилией у Ильи нет ни единого шанса на спасение. Доктор, спрятав документы Эренбурга, так же, как прятал награды лётчицы Егоровой, придумал раненому молодому парню фамилию Белоусов. Понимая, что смерть идущего на поправку «юде» может вызвать вопросы у надсмотрщиков, месяц доктор думал, как быть. Он решил имитировать внезапное ухудшение здоровья Ильи, перевёл его в инфекционное отделение, куда фашисты боялись нос совать. Парень «умер» здесь. Илья Эренбург «воскрес», перешёл линию фронта и закончил войну офицером в Берлине. Ровно через год после окончания войны доктор отыскал молодого человека. Чудом сохранилась фотокарточка Ильи Эренбурга, которую он прислал «русскому доктору», с надписью на обороте, что Синяков спас его в самые трудные дни жизни и заменил ему отца.

Последний подвиг в лагере «русский доктор» совершил уже перед тем, как русские танки освободили Кюстрин. Тех заключённых, что были покрепче, гитлеровцы закинули в эшелоны, а остальных решили расстрелять в лагере. На смерть были обречены три тысячи пленных. Случайно об этом узнал Синяков. Ему говорили, не бойтесь, доктор, вас не расстреляют. Но Георгий не мог оставить своих раненых, которых он прооперировал тысячи, и, как в начале войны, в боях под Киевом, не бросил их, а решился на немыслимо отважный шаг. Он уговорил переводчика пойти к фашистскому начальству и стал просить гитлеровцев пощадить измученных пленников, не брать ещё один грех на душу. Переводчик с трясущимися от страха руками передал слова Синякова фашистам. Они ушли из лагеря без единого выстрела. И тут же в Кюстрин вошла танковая группа майора Ильина. Оказавшись среди своих, доктор продолжил оперировать. Известно, что за первые сутки он спас семьдесят раненых танкистов. В 1945-м Георгий Синяков расписался на рейхстаге.

До сих пор подвиг русского доктора был забыт. Он не имел в своей жизни громких званий, не был удостоен больших наград. Только сейчас, в канун 70-летия Великой Победы, общественность Южного Урала вспомнила о героическом хирурге, чей стенд открыт в музее медицины челябинской больницы. Власти Южного Урала планируют увековечить память легендарного земляка, назвать его именем улицу или учредить премию студентам-медикам имени Георгия Синякова.

Под Москвой воевали пушки времен Русско-Турецкой войны

Казалось бы, в той грандиозной битве, что шла на подступах к столице зимой 1941, исследована каждая деталь и все давно известно, однако...

Мало кто знает, что на одном из участков фронта решающую роль сыграли русские пушки, изготовленные на Императорском орудийном заводе в Перми еще в 1877 году. А было это в районе Солнечногорск – Красная Поляна, где сражалась обескровленная долгими боями 16-я армия под командованием Константина Рокоссовского.


Рокоссовский обратился к Жукову с просьбой о срочной помощи противотанковой артиллерией. Однако ее у командующего фронтом в резерве уже не было. Запрос дошел до Верховного Главнокомандующего. Реакция Сталина была незамедлительной: «У меня тоже нет резервов противотанковой артиллерии. Но в Москве есть Военная артиллерийская академия имени Ф. Э. Дзержинского. Там много опытных артиллеристов. Пусть они подумают и в течение суток доложат о возможном решении проблемы».

Действительно, еще в 1938 году из Ленинграда в Москву была переведена артиллерийская академия, основанная в 1820 году. Но в октябре 1941 года она в основном была эвакуирована в Самарканд. В Москве осталось около сотни офицеров и служащих – старорежимных военных специалистов, которых по возрасту в действующую армию уже не брали. Учебная артиллерия также была вывезена в Самарканд. Но приказ требовалось выполнить.


Помог счастливый случай. В академии работал пожилой человек, который хорошо знал местоположения артиллерийских арсеналов в Москве и в ближайшем Подмосковье, где были законсервированы изношенные и очень старые артиллерийские системы, снаряды и снаряжение к ним. Можно только сожалеть, что время не сохранило имя этого человека и имена всех других сотрудников академии, которые в течение суток выполнили приказ и сформировали несколько огневых батарей противотанковой обороны большой мощности.

Для борьбы с германскими средними танками подобрали старые осадные орудия калибра 6 дюймов, которые использовались еще при освобождении Болгарии от турецкого ига, а позже в русско-японской войне 1904 – 1905 гг. После окончания ее по причине сильной изношенности стволов орудия эти доставили на Мытищинский арсенал, где они хранились в законсервированном виде. Стрельба из них была не безопасна, но 5-7 выстрелов они еще могли выдержать.


Что касается снарядов, то на Сокольническом артиллерийском складе имелись в большом количестве трофейные английские осколочно-фугасные снаряды фирмы «Виккерс» калибра 6 дюймов и массой 100 фунтов, то есть чуть более 40 килограммов. Там же были капсюли и пороховые заряды, отбитые в гражданскую войну у американцев. Все это имущество хранилось с 1919 года настолько аккуратно, что вполне могло использоваться по прямому назначению. Вскоре было сформировано несколько огневых батарей тяжелой противотанковой артиллерии. Командирами стали слушатели академии и офицеры, присланные из военкоматов, а прислугой красноармейцы и ученики 8-10-х классов московских специальных артиллерийских школ. Орудия не имели прицелов, поэтому было решено стрелять только прямой наводкой, наводя их на цель через ствол. Для удобства стрельбы орудия врыли в землю по ступицы деревянных колес.

Германские танки появились внезапно. Первые выстрелы орудийные расчеты сделали с дистанции 500-600 м. Германские танкисты вначале приняли разрывы снарядов за действие противотанковых мин. Судя по всему, «мины» обладали очень большой силой. В случае разрыва 40-килограммового снаряда вблизи танка последний переворачивался набок или становился на попа. Но вскоре стало ясно, что в упор бьют из пушек. Попадание снаряда в башню срывало ее и отбрасывало на десятки метров в сторону. А если 6-дюймовый снаряд осадной пушки попадал в лоб корпуса, то он проходил танк насквозь, круша все на своем пути.

Немецкие танкисты пришли в ужас – подобного они не ожидали. Потеряв роту, танковый батальон отступил. Германское командование посчитало происшествие случайностью и направило другой батальон иным путем, где он также напоролся на противотанковую засаду. Немцы решили, что русские применяют какое-то новое противотанковое оружие невиданной ранее мощи. Наступление противника было приостановлено, наверное, для уточнения обстановки.

В конечном итоге армия Рокоссовского выиграла на этом участке фронта несколько суток, в течение которых прибыло пополнение, и фронт стабилизировался. 5 декабря 1941 года наши войска перешли в контрнаступление и погнали фашистов на Запад. Получается, что Победа 45-го года хоть в малой степени, но ковалась русскими оружейных дел мастерами еще в XIX веке.


ПРИЁМ МИНИСТРА ОБОРОНЫ ПО ЛИЧНЫМ ВОПРОСАМ ПО ПЯТНИЦАМ С 16:00

ПРЕСС-СЛУЖБА:

РУКОВОДИТЕЛЬ

Пошелюк Екатерина Николаевна

Моб. тел. (7) 86964

ЗАМЕСТИТЕЛЬ РУКОВОДИТЕЛЯ

Овчаренко Роман Алексеевич

Моб. тел. (7) 86975

8.00-17.00

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.